Основан в 1998 году при участии фонда «Вера и надежда» на средства Анатолия Петровича Быкова

О центре

С 5 по 9 октября сотрудники клиники "Окулюс" посетили XXXI Европейский Конгресс по катарактальной и рефракционной хирургии в городе Амстердаме

С 5 по 9 октября сотрудники клиники "Окулюс" посетили XXXI Европейский Конгресс по катарактальной и рефракционной хирургии в городе Амстердаме

С 5 по 9 октября в Амстердаме состоялся XXXI Европейский Конгресс по катарактальной и рефракционной хирургии. В нем приняли участие врачи из более, чем 90 стран. Обменяться опытом с зарубежными коллегами, оценить новинки офтальмологической техники удалось известному красноярскому офтальмохирургу, специалисту Центра коррекции зрения "Окулюс", Ольге Константиновне Шмандиной.


- Что Вам особенно запомнилось из докладов европейских коллег?
- Количество сложных операций «у них» и «у нас». Европейский офтальмохирург, готовя доклад для конгресса, выбирает из своей практики 40-50 случаев. За несколько лет. А наш доктор, бывает, выполняет такие вмешательства всего за 10-20 операционных дней. И хотя «опыт» и «квалификация» - не одно и то же, но понятия эти стоят рядом.

- Уступает ли ваша клиника европейским по уровню оснащённости?
- Вряд ли. На конгрессе представили свои новинки практически все ведущие фирмы, производящие офтальмологическое оборудование. Не без гордости отмечу, что с некоторыми из них уже давно работает наш «Окулюс». Например, мы используем фемтосекундный лазер, микроскоп последней разработки Lumera 700 (Zeiss). Используем те же искусственные хрусталики, что и ведущие офтальмологические клиники мира: «Alcon», «Zeiss», «Rayner». Работаем с торическими и мультифокальными линзами.

- В нашей беседе Вы употребили термин «русская катаракта». Что он означает?
- Так наши европейские коллеги называют наиболее сложные и запущенные случаи заболевания, когда хрусталик такой плотный, что почти не пропускает свет. Для них это - эксклюзив. Честно говоря, мне обидно за такие слова. Но я хорошо представляю их происхождение. В российской глубинке еще много бабушек и дедушек, которые дожидаются операции «когда будете только лампочку видеть». В то время как в Европе давно действует непреложный закон: как только помутневший хрусталик стал мешать чтению и работе - пациента готовят к операции.
Я 25 лет делаю глазные операции. Тысячи раз мне приходилось и говорить, и писать: чем «моложе» катаракта, тем проще, быстрее и безопаснее ее оперировать. Разумеется, по современным технологиям.